5 октября 1930 года в Узине Белоцерковского района родился Павел Попович – советский космонавт, первый украинец, побывавший на орбите, дважды герой Советского Союза.

Окончил Магнитогорский индустриальный техникум профтехрезервов и одновременно Магнитогорский аэроклуб, затем в 1954 году - военное авиационное училище, спустя 14 лет - Военно-воздушную инженерную академию имени Жуковского. Служил в частях ВВС.

С 1960 года в отряде космонавтов.

С 12 по 15 августа Попович совместно с Адрианом Николаевым совершил первый в истории космонавтики групповой полет.

Второй полет в космос совершил 3-19 июля 1974 года на космическом корабле "Союз-14" как командир первого экипажа совместно с бортинженером Юрием Артюхиным.

Любопытно, что в отряде у Поповича был позывной "Беркут", а американские коллеги называли его "Космическим хулиганом". Как это произошло, космонавт рассказал в интервью корреспонденту “Фактов”.

“У нас была группа, во главе с Алексеем Леоновым, который первым вышел из корабля в космос. В группу входил и я. Мы могли облететь Луну как минимум на год раньше американцев. Но перед тем как запускать туда человека, руководство решило произвести два запуска в автоматическом режиме. Один корабль слетал, облетел Луну и вернулся к Земле. А сажать его надо, погасив перед этим вторую космическую скорость - 11, 2 километра в секунду, по траектории под углом, равным одной минуте. Очень маленький угол! И если чуть-чуть ошибешься, и он будет еще меньше, корабль, как плоский камушек по воде, пошлепает по касательной об атмосферу и уйдет в открытый космос. А чуть круче траектория спуска - корабль перегреется в плотных слоях, а из космонавтов хорошее барбекю получится, да еще куда-нибудь в Индийский океан эта жаровня грохнется. Словом, только один корабль сел нормально. Ой, как обидно! А ведь мы были готовы!

Наблюдали мы это безобразие в Евпатории на командном пункте, откуда осуществлялось управление полетами на Луну. Спрашиваю главного конструктора ракеты Василия Мишина: "Василий Павлович, а если бы я находился в корабле, все было бы нормально?" - "Конечно, - сказал Мишин. - Ты вмешался бы в действия автоматики и сел..."

Мы и письмо в правительство писали, Брежневу: дескать, готовы рискнуть, разрешите!

Поняв, что облета Луны с нашим участием не будет, мы поставили на корабле, летящем туда, перемычку между приемником и передатчиком. Когда корабль облетал ночное светило, я заговорил из Евпатории: "Докладываю: полет нормальный, приближаемся к поверхности, разрешите посадочный режим..." И благодаря той перемычке передатчик транслировал эту чушь дальше, во Вселенную. Через три секунды мы услышали мой голос оттуда. Но его услышали и американцы. Мы же друг друга пасли, и даже голоса космонавтов знали. Тогдашний президент США позвонил своему советнику по космосу: "Почему Попович говорит с Луны?" А тот, мол, айн момент, мистер президент, сейчас разберемся. Словом, переполоху мы наделали. А когда разобрались, в чем дело, американцы назвали меня космическим хулиганом.

Жаль, конечно, что не удалось там побывать. А ведь наша программа "Л-2" предусматривала, в отличие от американской, прямой полет и посадку на Луну на одном и том же корабле, без промежуточного лунного корабля-модуля. И ракета Н-1 для этого у нас была мощнейшая, могла вывести на орбиту груз весом до 120 тонн - такой ракеты не было ни у кого. Но первые две взорвались на старте. Пока разбирались, Луну облетели американцы. Наши прикинули, что уже нечего догонять. И перебросили все силы на орбитальные станции, освоение околоземного пространства“.